?

Log in

No account? Create an account

ЗЮЙД-ВЕСТ


Сочинитель Ищет Попутчиков

Recent Entries · Archive · Friends · Profile

* * *
Друзья!
С Новым Годом! С новыми путешествиями и приключениями, с новыми свершениями и открытиями, с новыми людьми и новыми горизонтами!
С Новым Годом – и с новой книгой! Пользуясь случаем, не могу об этом не сказать. Наконец-то вышла в свет моя многострадальная «Сага о мятеже на «Баунти» и об острове Питкэрн». Напечатан первый пробный тираж, и книга, на мой взгляд, получилась.



Что такое «Сага о мятеже на «Баунти» и об острове Питкэрн»? Главный результат одноименного научно-популярного проекта, ключевым событием которого стала Первая Российская Экспедиция на Питкэрн. Итог пятилетнего труда: поездок, встреч, исследований… Своего рода документальный эпос, или «роман с путешествием» (как я это называю). Между прочим, первая «полнометражная» монография по теме, в оригинале написанная на русском языке.



Это 824 страницы убористого текста с большим количеством иллюстраций (фотографий, старинных репродукций, географических карт и наглядных схем); хорошая печать. Книжка может быть интересна как специалистам, так и всем, кто увлекается историей и географией Южных Морей, и кто любит путешествия и приключения.




Цена 1500 руб.
В магазинах «Сага» пока продаваться не будет, поэтому принимаются предварительные заказы. Следующий тираж планируется в конце января 2012 года. Пишите-звоните!
С Новым Годом!
Ваш Д.
* * *




* * *
* * *

Обновил свою карту мира I WAS HERE . Добавил Великий Новгород (был там в командировке в январе)...
* * *
...Наконец-то двое оставшихся мужчин, бывший гардемарин Нед Янг и бывший матрос Александр Смит, взялись за ум. Как это не пафосно звучит, они почувствовали свою ответственность за судьбу маленькой колонии, за будущее женщин и детей. Янг начал учить неграмотного Смита читать и писать. Они даже возобновили давно забытые воскресные службы. Мало того: по преданиям, почти каждое утро и каждый вечер они садились вместе над сохранившейся Библией с «Баунти» и в окружении женщин и детей вслух читали молитвы.

Это возвращение к богу, каким бы неожиданным оно не казалось, было, по сути, абсолютно закономерным. Оба мятежника изо всех сил замаливали свои прежние грехи. Покаяние, несомненно, было выстраданным и искренним.

Янг торопился – он чувствовал, что дни его сочтены. В последние годы он тяжело страдал от какого-то заболевания легких, его постоянно мучили кашель и одышка. Но, надо думать, предсмертные месяцы жизни Неда стали для него по-настоящему счастливыми. Его окружали две его любимых жены и семеро детей (больше, чем у любого другого мятежника на Питкэрне). Его остров, пережив тяжелые годы, постепенно возвращался к нормальному существованию. Жизнь только начиналась...

Эдвард «Нед» Янг умер в Рождество, 25 декабря 1800 года, не дожив совсем чуть-чуть до нового XIX века. Его кончина стала первой ненасильственной смертью взрослого мужчины на Питкэрне.

Алек Смит очень тяжело переживал утрату последнего друга...
* * *
* * *
В канун Рождества 1787 года, 23 декабря, в воскресенье, из английской гавани Спитхэд, что неподалеку от города Портсмут, держа курс на зюйд-вест, вышел трехмачтовый парусник британского Королевского Флота – Его Величества Вооруженное Судно «Баунти» (His Majesty’s Ship «Bounty»).

<...>

Только с третьей попытки, 23 декабря 1787 года «Баунти», наконец, удалось выйти в открытое море.

Выйти, чтобы никогда больше не вернуться.

Из 46 членов экипажа большинство - 24 человека - больше никогда не увидят Англию. Это путешествие навсегда войдет в историю и превратится в трагическую и прекрасную легенду. О нем напишут сотни книг и тысячи научных трудов, поставят несколько спектаклей и снимут десяток фильмов. Само слово «Баунти» станет нарицательным, а имена Уильяма Блая, Флетчера Кристиана, Джона Адамса и других – воистину бессмертными.

Но всё это будет потом. А тогда...

Тогда, в канун Рождества 1787 года, ни один человек на борту, ни кто-либо где бы то ни было еще, ни о чем подобном и не догадывались....
* * *
* * *
Через шесть лет после того, как с острова «эмигрировала» Дженни, в 1823 году в «мини-государстве» Питкэрн появились первые иммигранты.

10 декабря 1823 года в Бухте Баунти стал на якорь английский китобоец «Сайрус». Старик Адамс, чувствуя приближающуюся смерть и обеспокоенный поисками своего преемника на посту главы Питкэрна, пошел на отчаянный шаг. Он спросил капитана Джона Холла: кто из его экипажа согласится остаться на острове, чтобы помочь в воспитании детей? Добровольцем вызвался некто Джон Баффетт, описанный капитаном как «хорошо образованный плотник и столяр из Бристоля».

Адамс думал недолго. Внимательно присмотревшись к 26-летнему молодому человеку, он дал ему добро на постоянное место жительства на острове в качестве школьного учителя. И Баффетт высадился на берег.

Когда «Сайрус», подняв паруса, исчез за горизонтом, вдруг выяснилось, что, кроме Баффетта, на Питкэрн нелегально высадился еще один матрос. Звали его Джон Эванс, и это был 19-летний друг Баффетта. Он тайком спрыгнул в воду, добрался до берега и, спрятавшись в дупле дерева, подождал, пока его судно не отправится восвояси. Он умолял Адамса оставить его тоже, и патриарх, в конце концов, милостиво согласился.

Джон Баффетт родился в Бристоле 16 июля 1797 года. Он рассказывал, что с малых лет плавал на британских и американских судах от Ньюфаундленда до Калифорнии, и дважды терпел кораблекрушения. Баффетт записался на «Сайрус» в Гонолулу.

Его приятель, Джон Эванс появился на свет примерно в 1804 году в Лондоне. Известно, что его отец работал мастером по постройке карет. Эванс был очень невысокого роста, не более 5 футов и 3 дюймов (примерно 158 см).

Похоже, в родной Англии и Баффетта, и Эванса ничего не держало, и возможность навсегда остаться на счастливом острове прельщала обоих.

<...>

Так в питкэрнскую генеалогию влилась новая, свежая кровь. Оба «иммигранта» - Баффетт и Эванс - быстро адаптировались к укладу островитян и стали частью их большой семьи. Вместе с коренными питкэрнцами два Джона проживут долгую и нелегкую жизнь, и оба умрут в 1891 году, уже на Норфолке, в весьма преклонном возрасте.
* * *
* * *
9 декабря 1788 года на Таити умирает судовой лекарь Томас Хагган.

Последние несколько суток старый пьянчужка совсем расхворался и не вылезал из своей каюты, а случившийся шторм, видимо, окончательно доконал его. Чтобы хоть как-то облегчить умирающему его участь, Хаггана вытащили на палубу подышать свежим воздухом. Но тут больному стало еще хуже, и спустя буквально час несчастный скончался.

Больше всех по покойному горевали таитяне. Этот добродушный и смешной перетанэ всегда был навеселе, и маохи его искренне любили.

На следующий день состоялись похороны. На Мысе Венеры местные жители вырыли могилу по европейскому образцу. Их этому обучили испанцы: 14 лет назад на Таити умер первый европеец, капитан де Боэнечеа, и многие запомнили тот ритуал погребения. Скопилось много народу, мужчины и женщины причитали и плакали. Все с величайшим любопытством наблюдали за церемонией. Под короткую молитву и нестройный залп из мушкетов тело усопшего было предано земле.

Томас Хагган стал первым англичанином, похороненным на Таити. На освободившуюся должность корабельного врача официально заступил помощник лекаря Томас Денман Ледуорд. Некоторые вожди спрашивали, что же будет с каютой покойного. На Таити место смерти человека посещали злые духи, которые могли сожрать любого, кто осмелится появиться там в одиночку. В ответ Блай только рассмеялся.

На самом деле капитану «Баунти» было не смеха. И не только из-за потери человека. Северо-западный ветер усиливался с каждым днем, и Бухта Матаваи, еще недавно казавшаяся такой уютной и защищенной, сейчас выглядела негостеприимной и опасной. Внезапно налетевший шторм мог запросто сорвать судно с якоря и разбить о коралловый риф или даже выбросить на пляж...
* * *
7 декабря 1817 года в Лондоне от рака умирает вице-адмирал Уильям Блай.

Будучи на приеме у своего лечащего врача на фешенебельной Бонд Стрит, Блай неожиданно упал на пол и скончался в одночасье. Ему было 63 года, и он пережил свою жену Бетси на пять с половиной лет (Элизабет Блай, урожденная Бетам, скончалась 15 апреля 1812 года в возрасте 60 лет).

Его похоронили рядом с ее могилой, на кладбище церкви Сэйнт Мэри в Ламбете, неподалеку от дома, в котором командир «Баунти» провел последние годы жизни.





Глядя на это надгробие и прощаясь с капитаном Блаем на страницах этой книги, хочется сказать несколько слов.

Он был выдающийся мореплаватель. Но у него не было друзей. Он ревностно служил Короне. И имел дурной характер и скверный язык. Парадоксально, но именно за это ему и благодарны тысячи поклонников «Баунти» и Питкэрна.

Если бы не Блай, мятежа на «Баунти» могло бы и не быть. Не оскорбленный Флетчер Кристиан не поднял бы бунт, и хлебное дерево было бы доставлено на Карибы с первой попытки.

И тогда - страшно подумать! - имена Уильяма Блая, Флетчера Кристиана и других ушли бы в небытие, название «Баунти» не стало бы брэндом, остров Питкэрн оставался бы необитаемым по сию пору, а мир лишился бы самой удивительной морской истории всех времен и народов.

Прощайте, капитан Блай. Пусть земля вам будет пухом. Несмотря ни на что - вечная память...
* * *
* * *

С 4 по 20 декабря 1825 года на Питкэрне гостил экипаж Его Величества Судна «Блоссом» под командованием капитана Уильяма Фредерика Бичи. За шестнадцать дней пребывания на острове Бичи собрал обширный материал о местной жизни и спустя шесть лет, в 1831 году опубликовал свои записи в книге «Рассказ о Путешествии в Тихий Океан и Берингов Пролив». Сегодня этот труд – один из самых важных источников информации о ранних годах поселения на Питкэрне.

Read more...Collapse )
* * *
...5 декабря налетает внезапный шторм с ливнем. В спешке задраивают все люки, судно сильно качает. На Мысе Венеры река вышла из берегов, и вода едва не затопила навесы с саженцами. Лагерь спасло только то, что люди Нельсона самоотверженно и быстро прокопали целую траншею для стока паводка.
В тот же день – вспышка нарушений дисциплины. Вновь свой крайне непокорный характер продемонстрировал плотник Пёрселл, в грубой форме отказавшийся помочь одному из вождей вытесать точильный камень. Блай заключает строптивца под «домашний арест» в его собственной каюте.
Вечером – публичная порка матроса Мэттью Томпсона: 12 ударов кошкой за дерзость и неповиновение....
* * *
* * *

Previous